ВОПРОС 32

Образное и буквальное понятие о небесном святилище
32. Уча об искуплении, как представляют себе Адвентисты седьмого дня небесное святилище: в буквальном или образном смысле?
Чтобы ответить на этот вопрос, по-видимому, прежде следует выяснить значение слов: «буквальный и «образный». Если под словом «буквальный» имеется в виду небесное святилище, построенное из кирпича и бетона, со всеми принадлежностями, которые мы встречаем в быту, — то мы говорим определенно — «нет». Если же, с другой стороны, под словом «образный» понимать нечто нереальное, мифическое, воображаемое, фантастическое, то мы также скажем — «нет».
Мы верим словам из Священного Писания, где сказано: «Мы имеем такого Первосвященника, Который воссел одесную престола величия на небесах и есть священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек» (Евр. 8, 1-2).
Поскольку престол Божий в данном стихе — это действительный престол, а Иисус, восседающий на нем — действительная Личность, то на основании этого мы делаем вывод, что святилище небесное (или скиния) также действительно существует.
Что касается внешнего вида небесной скинии, то нам известно лишь то, что открыто в Писании. Из чего она построена, мы не пытаемся философствовать об этом.
Это нам не открыто и мы не стараемся вникать в подробности этого вопроса.
Вопрос относительно небесной скинии становится более понятным при рассмотрении двух существенных моментов. Первый состоит в том, что земная скиния в пустыне была построена по небесному образцу, — о чем говорится в нескольких местах Священного Писания. Господь заповедал Моисею, чтобы он все сделал «по образцу, показанному ему на горе (Исх. 25, 9). «Поставь скинию по образцу, который показан тебе на горе» (Исх. 26, 30).
Моисей не планировал этой постройки, — план представил ему Сам Бог.
Он только получил указание построить скинию «по образцу, виденному им» (Деян. 7, 44). Греческое слово «тупос» (образ, образец) переводится различными словами, такими как: «образец, — «форма», «фигура» и т. д. Некоторые переводчики, такие как Уэймаус, вышеприведенное место переводят словами: «согласно модели, которую он видел». Переводя текст из Евр. 9, 24, переводчик Уэймаус говорит, что земная скиния «была точной копией действительно
существующей». А эта действительно существующая была «истинной скинией, которую воздвиг Господь, а не человек» (Евр. 8, 2). Реальность существования небесного святилища более достоверна, чем мы можем подразумевать.
Читая вышеприведенные слова, трудно не согласиться с тем, что небесное святилище само по себе столь же реально, как и Христос, наш великий Первосвященник, Который является служителем его. Употребление выражения относительно святилища достаточно убедительно передает это значение. Кроме того, ясное описание святилища мы встречаем также у пророка Иоанна в книге «Откровение». Он пишет на языке, который его современники могли хорошо понимать, так как были знакомы с обрядовым служением земной скинии. Так он упоминает о семисвечном светильнике, о «семи огненных светильниках» (Откр. 4, 5), о «золотом жертвеннике», «золотой кадильнице» (Откр. 8, 3), о «скинии свидетельства на небе» (Откр. 15, 5) и о «ковчеге завета» (Откр. 11, 19).
Следовательно, в Священном Писании говорится не только о святилище (в других местах оно названо храмом или скинией), но и о всех принадлежностях его, необходимых для служения — о светильнике, золотом жертвеннике, кадильнице и ковчеге свидетельства. На основании всего этого мы верим, что на небе находится действительное святилище, в котором за нас ходатайствует наш дорогой Господь.
Мы также должны обратить наше внимание на значение символа «тень» — когда идет речь о скинии или храме. Этот символ в церемониальном служении древнего Израиля играл большую роль.
Слово «тень» в его новозаветном значении мы находим в Евр. 8, 5; Евр. 10, 1. Оно переведено из греческого слова «скиа». В своем толковом словаре В. Е. Вайн дает ему такое разъяснение: «Образ или тень от какого-либо предмета (Кол. 2, 17), составляющего часть церемониальной системы; образ или тень от скинии и ее принадлежностей (Евр. 8, 5), а также от приношений, предписанных церемониальным законом» (Евр. 10, 1).
Герхард Вос, профессор богословия Принстонской теологической семинарии, в своей книге «Беседы на послание к Евреям» (Фердманс. 1956 г.) передает значение символа «тень» в следующих словах: «В Евр. 8, 5 говорится о том, что иудейские священники служат образу и тени небесного. Следовательно, речь идет не о тени, падающей вперед (в будущее), а о тени падающей с неба на землю» (стр. 58).
Поэтому земное святилище мы считаем лишь тенью реально существующего небесного святилища. Люди могли видеть только земное, но не небесное святилище. Все же, взирая на земное святилище, которое было «тенью» небесного, они могли представить себе небесное святилище.
В этом смысле мы и сегодня верим, что на небе находится истинное святилище.
В Слове Божьем освещаются некоторые моменты, связанные с вопросом о святилище:
1. Иисус есть наш великий первосвященник. Евр. 4, 14.
2. Христос — «Священник во век по чину Мелхиседека». Евр. 5, 6.
3. Иисус — «священнодействователь святилища». Евр. 8, 2.
4. Иисус — наш Первосвященник, Который приглашает нас, говоря: «Приступайте с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи». Евр. 4, 16.
5. Он есть Всемогущий Спаситель, имеющий священство непреходящее, «Посему и может всегда спасать приходящих через Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них» (Евр. 7, 25).
6. Как наш Первосвященник, Он должен был «иметь также что принесть» (Евр. 8, 3).